Логово Дьявола

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Логово Дьявола » Партнерство » Высшая имперская военная академия


Высшая имперская военная академия

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

0

2

0

3

Ахтунг! На этого персонажа есть полная, написанная анкета. Прием по пробному посту.

http://s5.uploads.ru/26eFB.png

Грегори Макнайт | Начальник охраны

Информация по персонажу

Часть I
Имя персонажа:
Грегори Квентин Макнайт.
Возраст:
47 лет.
Титул:
Барон.
Сексуальная ориентация:
Гетеро.
Специализация и/или должность в Академии:
Начальник охраны.
Звание, опыт преподавания:
Капитан пехоты. Служит в Академии уже около восьми лет.
Способности:
Превосходный фехтовальщик, в совершенстве владеет холодным оружием. На военной службе был пикинером, т.е. хорошо управляется с пикой, с алебардой тоже на «ты». Стреляет метко, но есть стрелки лучше, чем он. Носит с собой тяжелую трость с массивным набалдашником, и нередко пользуется ей, как дубинкой.
Образован – домашнее образование, Академия. Из наук наиболее почитает историю, геральдику и навигацию – была такая мечта-мечтишка, плавать по морям, да так и сгинула куда-то. Неплохой наездник, если лошадь достаточно вынослива.
Физически развит, обладает поистине геркулесовой силой, несмотря на возраст. Отдает немало времени физическим упражнениям – при телосложении Макнайта, и при его склонности хорошо поесть, мышечная масса быстро заменяется жировой. Отличный пловец, устойчив к холоду и бытовым неудобствам, закален.
Из бытовых – способен полностью себе быт обеспечить, умеет стряпать, наводить порядок, штопать мундир и так далее.
Наблюдателен, внимателен к деталям, что очень полезно при выявлении всевозможных нарушителей. Обладает хорошим обонянием, невзирая на курение.

Имущество:
Родовое поместье в нескольких сотнях милей от Академии, квартира при Академии, некоторый капитал в государственном банке; сабля, шпага, два пистолета с боезапасом, личный мушкет. Несколько комплектов мундиров, штатское платье. Тяжелая трость-дубинка, незамысловатый серебряный перстень-печатка с гематитовой геммой в виде герба Макнайтов с девизом.

Часть II

Внешность:

Рассел Кроу

http://s3.uploads.ru/t/gKc26.jpg

- Рост:
189 см.
- Телосложение:
Нормостеническое.
- Цвет глаз:
Голубой.
- Цвет волос:
Темные, обильно присыпаны сединой, борода, брови и усы тоже с проседью.
- Цвет кожи:
Стандартный светлый.
- Предпочтения в одежде:
Отсутствуют. Даже самое штатское платье сидит на Макнайте словно военный мундир – вероятно, из-за четкой военной осанки. Если же приходится переодеваться в штатское, то темные цвета и классический стиль всех этих тряпок. Он в них не разбирается, и цвет жилета ему всегда подбирает дочь.
- Особые приметы:
Родинка телесного цвета на левой щеке, несколько шрамов по телу – на спине, бедре, левой руке и груди, все от колотых и резаных ран.
- Общее описание:
Мощная фигура начальника охраны Академии производит впечатление внушительное. Зычный голос, тяжелый пронзительный взгляд, величественные движения, гордая осанка, четкая чеканная поступь – вот он, Грегори Макнайт, главное пугало Академии, гроза и ужас нерадивых кадетов.
Характер:
- Тип темперамента:
75% - холерик, 25% – сангвиник.
- Любит:
Дисциплину. Дочь Оливию Маргарет, качественную пищу – особое предпочтение отдает молодой оленине в грибном соусе; курит трубку. Любит тишину, общество дочери, море, плавание, военные марши, строевую подготовку, и еще раз дисциплину.
- Не любит:
Нарушение правил и устава. За подобное готов убить на месте, жаль, положение не позволяет. Поклонников дочери, капризы дочери – но всегда ее прощает. Не любит людей, халатно относящихся к собственным обязанностям, суету, беспорядок, панику, шум. Недолюбливает медиумов и прочую сверхъестественную ерунду, которую не может объяснить привычной логикой. Терпеть не может сладкое, нытиков и жалобы на жизнь.
- Фобии:
Замужество дочери, возможное разорение.
- Общее описание:
Четкий приверженец систем и иерархий, Грегори Макнайт превыше всего ставит дисциплину и правила. Должность начальника охраны в Академии стала для ушедшего на покой капитана пехоты своего рода отдушиной, где его страсть к порядку нашла себя. Это добродушный, но все-таки Цербер на своем посту. От трехголового пса у него отличный нюх на нарушения правил, и почти сверхъестественное умение оказываться в нескольких местах одновременно – фигура речи, разумеется, но Макнайт способен исключительно быстро надавать оплеух и наложить взыскания нескольким студентам в крайне небольшой отрезок времени. И плевать, что один из озорников находился в учебном корпусе, второй – залез на склад, а третий был в парке. Он наблюдателен, въедлив, недоверчив – не так-то просто провести пса-ищейку, у которого нюх на всевозможные нарушения. Со стороны может показаться странной насмешливая ухмылка на физиономии начальника охраны, что появляется всякий раз, когда он накладывает на провинившегося взыскание. Даже добродушная, доброжелательная – мол, сынок, это ж для твоего блага я держу вот этот пук розог. Для твоего же бла-га. Он всегда карает по причине трепетной и глубокой любви к дициплине.
Недостатком можно отметить некоторое отсутствие честолюбия у Макнайта – ему почти пятьдесят, а звание его лишь капитанское, и то, уже восемь лет он надзирает над выводком сопляков. Физически Грегори вполне здоров, но на столь мирной службе находится по одной-единственной причине – по причине дочери. Кроме него, у Оливии Маргарет больше никого нет на белом свете, если с ее отцом что-то случится, девушка останется без средств к существованию. Макнайты – род древний, и со славной историей, но самой яркой страницей в ней стал момент разорения.
Насколько строг Макнайт к нарушителям правил, насколько он суров и непреклонен со студентами, настолько же он нежен и заботлив по отношению к своей дочери. Оливия регулярно получает письма, полные отцовской заботы. Ей скоро исполнится семнадцать, девица на выданье, что заставляет отца скрежетать зубами в бессильной ярости – он каждый божий день видит толпы молодых бездельников, ни один из которых даже ноготка его дочери не стоит!.. И из кого выбирать ей жениха? Нет, стоп, его девочку, его доченьку – какому-то молодому хлыщу в жены, вот из этих щенков мокроносых?!..
В целом, когда дело не касается нарушения правил Академии, либо замужества дочери, Грегори Макнайт в некотором смысле даже сносен в повседневном общении. Умеет поддержать беседу, но. По правде сказать, светская болтовня выводит его из себя примерно так же, как образ Оливии в подвенечном платье. Это солдат, служака, который действительно не знает слов любви, и не разбирается в стихах и эпиграммах. Зато он любит добрую – или недобрую иронию, хорошую шутку, и общество не занудных людей, ну, не тех что умники и снобы. И даром что род его древностью мало чьему уступит, просто годы службы малость сбили с него спесь.
Беспощаден к проявлениям человеческих слабостей, ибо судит всех по себе-стоику, исключительно неприхотливому солдату-пехотинцу. В повседневной жизни педантичен, по-армейски аккуратен, собран и упорядочен. Дисциплина прежде всего важна собственная, и посему верхняя пуговица его мундира никогда не бывает расстегнутой, если Макнайт находится на людях. Ни-ког-да.
Вспыльчив, но отходчив. Незлопамятен.

Биография:
- Дата рождения: 29 апреля.
- Родители: отец - Квентин Шон Макнайт, мать - Кэролайн Макнайт (урожденная Донахью)
- Образование: домашнее – пока Макнайт-старший не разорился, это было возможно, в дальнейшем ВИВА – пехотинец, ну и долгая служба в армии Империи.
- Военные и/или социальные, политические заслуги:
Дослужился до чина капитана, в целом, особых заслуг не имеет.
- Общая информация:
Единственный отпрыск своего не слишком благонравного батюшки, Грегори Макнайт от него унаследовал высокий рост и богатырскую стать, а также кучу долгов, что погребли под собой его, и матушку, когда юноше минуло семнадцать. Отец не в шутку занемог, и отошел в мир иной, и скорее за ним последовала и мать, сраженная невзгодами и позором. Последними ее усилиями стали хлопоты по поступлению сына в Высшую имперскую военную Академию, которые чудом увенчались успехом.
Макнайт был заносчив, как большинство сверстников, а еще и болезненно горд, и с гордостью смертельно раненной. Вспыльчивость, недюжинная физическая сила – да он чудом не вылетел из Академии за драки. Даже последняя воля покойной матери нередко им забывалась, но, худо-бедно, но он окончил Академию, и был на редкость счастлив покинуть ее стены. От некогда обширных родовых владений осталось одно-единственное поместье, и возвращаться туда Макнайт не спешил. Сдав его в аренду, сам он отправился на службу в армию Империи.
Пикинер-пехотинец, которого Всевышний, судя по всему, все же хранил и миловал, прошел всю войну, неоднократно был ранен, а дважды оказывался при смерти. Во второй раз это закончилось внезапной женитьбой – ухаживавшая за раненым дочь мелкопоместного дворянина, невеста-перестарок, очень уж уговаривала Грегори. Рассудив в полуобморочном состоянии, что оно верно, негоже отходить в мир иной неженатым, он сделал ей формальное предложение., подумав уже задним числом, что, по крайней мере, приданого невесты хватит ему на мало-мальски приличные похороны.
Ан нет – выжил, и с удивлением обнаружил, что супруга еще и в положении. Последнее он с тяжелым сердцем приписал собственному горячечно-бредовому состоянию, и ведь действительно, было что-то же такое… Беда в том, что супруга его ни красотой, ни умом не блистала, да и дитя в свете таких событий тоже казалось ему нежеланным. И хвала Всевышнему, что Макнайт ошибся.
Маргарет, его жена, умерла вскоре после родов от родильной горячки. У малышки Оливии остался лишь отец, который, глядя на щекастую кроху с иссиня-черным хохолком на голове, в какой-то момент подумал, что, поистине, вся эта потешная затея с женитьбой оказалась не напрасной.
Воспитывать детей – занятие исключительно занятное, а для солдата так вообще, интереснейшее – в переносном смысле.  Оливия выросла в монастыре Высшего Поклонения, в окружении монахинь, и под их неусыпным надзором. Отец по причине военной службы далеко не всегда мог навещать ее, но, несмотря ни на что, Оливия его обожала. В череде бесконечного мрака дней войны, сквозь грохот пушек и визг картечи, нежный голосок дочери был звуком рая для Грегори. В те редкие моменты, когда он мог получить увольнительную от полка, и навестить дочь, Макнайт был поистине счастлив.
Когда война закончилась, то, при наградах будучи, и небольшом жалованье, Макнайт вернулся в то самое жалкое поместье - единственное, что осталось от некогда значительного состояния его рода. Какое-то время он приводил его в порядок, благо средства уже позволяли. Он приводил в порядок и дела, мало-помалу восстанавливая было величие своего рода. Одно его печалило - наследника имени Макнайтов у него так и не было, он по-прежнему оставался последним в роду. Перспектива женитьбы не прельщала его, даже ради состояния потенциальной невесты. В какой-то момент судьба сложилась так, что жизненный путь вновь привел его в ненавистную когда-то Академию, на должность того, с кем когда-то чуть было не схватился врукопашную, почти что насмерть – и Грегори от души посмеялся над собой, юным остолопом, и должность начальника охраны принял с легким сердцем. Такая работа гарантировала безопасность его жизни, давала средства к существованию его дочери, которую каждые каникулы в Академии Макнайр забирал в заново отстроенное, обновленное поместье.

Часть III

Связь:
Откуда узнали про проект:
Пробный пост:

Код анкеты
Код:
[align=center][size=16][b]Часть I[/b][/size][/align]

○ [b]Имя персонажа:[/b]
Грегори Квентин Макнайт.
○ [b]Возраст:[/b]
47 лет.
○ [b]Титул:[/b]
Барон.
○ [b]Сексуальная ориентация:[/b]
Гетеро.
○ [b]Специализация и/или должность в Академии:[/b]
Начальник охраны.
○ [b]Звание, опыт преподавания:[/b]
Капитан пехоты. Служит в Академии уже около восьми лет.
○ [b]Способности:[/b]
Превосходный фехтовальщик, в совершенстве владеет холодным оружием. На военной службе был пикинером, т.е. хорошо управляется с пикой, с алебардой тоже на «ты». Стреляет метко, но есть стрелки лучше, чем он. Носит с собой тяжелую трость с массивным набалдашником, и нередко пользуется ей, как дубинкой. 
Образован – домашнее образование, Академия. Из наук наиболее почитает историю, геральдику и навигацию – была такая мечта-мечтишка, плавать по морям, да так и сгинула куда-то. Неплохой наездник, если лошадь достаточно вынослива.
Физически развит, обладает поистине геркулесовой силой, несмотря на возраст. Отдает немало времени физическим упражнениям – при телосложении Макнайта, и при его склонности хорошо поесть, мышечная масса быстро заменяется жировой. Отличный пловец, устойчив к холоду и бытовым неудобствам, закален.
Из бытовых – способен полностью себе быт обеспечить, умеет стряпать, наводить порядок, штопать мундир и так далее. 
Наблюдателен, внимателен к деталям, что очень полезно при выявлении всевозможных нарушителей. Обладает хорошим обонянием, невзирая на курение.

○ [b]Имущество:[/b]
Родовое поместье в нескольких сотнях милей от Академии, квартира при Академии, некоторый капитал в государственном банке; сабля, шпага, два пистолета с боезапасом, личный мушкет. Несколько комплектов мундиров, штатское платье. Тяжелая трость-дубинка, незамысловатый серебряный перстень-печатка с гематитовой геммой в виде герба Макнайтов с девизом.

[align=center][size=16][b]Часть II[/b][/size][/align]

○ [b]Внешность:[/b]
[spoiler="Рассел Кроу"][url=http://uploads.ru/gKc26.jpg][img]http://s3.uploads.ru/t/gKc26.jpg[/img][/url][/spoiler]
- [i]Рост:[/i]
189 см.
- [i]Телосложение:[/i]
Нормостеническое.
- [i]Цвет глаз:[/i]
Голубой.
- [i]Цвет волос:[/i]
Темные, обильно присыпаны сединой, борода, брови и усы тоже с проседью.
- [i]Цвет кожи:[/i]
Стандартный светлый.
- [i]Предпочтения в одежде:[/i]
Отсутствуют. Даже самое штатское платье сидит на Макнайте словно военный мундир – вероятно, из-за четкой военной осанки. Если же приходится переодеваться в штатское, то темные цвета и классический стиль всех этих тряпок. Он в них не разбирается, и цвет жилета ему всегда подбирает дочь.
- [i]Особые приметы:[/i] 
Родинка телесного цвета на левой щеке, несколько шрамов по телу – на спине, бедре, левой руке и груди, все от колотых и резаных ран.
- [i]Общее описание:[/i]
Мощная фигура начальника охраны Академии производит впечатление внушительное. Зычный голос, тяжелый пронзительный взгляд, величественные движения, гордая осанка, четкая чеканная поступь – вот он, Грегори Макнайт, главное пугало Академии, гроза и ужас нерадивых кадетов.
○ [b]Характер:[/b]
- [i]Тип темперамента:[/i]
75% - холерик, 25% – сангвиник.
- [i]Любит:[/i]
Дисциплину. Дочь Оливию Маргарет, качественную пищу – особое предпочтение отдает молодой оленине в грибном соусе; курит трубку. Любит тишину, общество дочери, море, плавание, военные марши, строевую подготовку, и еще раз дисциплину. 
- [i]Не любит:[/i]
Нарушение правил и устава. За подобное готов убить на месте, жаль, положение не позволяет. Поклонников дочери, капризы дочери – но всегда ее прощает. Не любит людей, халатно относящихся к собственным обязанностям, суету, беспорядок, панику, шум. Недолюбливает медиумов и прочую сверхъестественную ерунду, которую не может объяснить привычной логикой. Терпеть не может сладкое, нытиков и жалобы на жизнь.
- [i]Фобии:[/i]
Замужество дочери, возможное разорение.
[i]- Общее описание:[/i] 
Четкий приверженец систем и иерархий, Грегори Макнайт превыше всего ставит дисциплину и правила. Должность начальника охраны в Академии стала для ушедшего на покой капитана пехоты своего рода отдушиной, где его страсть к порядку нашла себя. Это добродушный, но все-таки Цербер на своем посту. От трехголового пса у него отличный нюх на нарушения правил, и почти сверхъестественное умение оказываться в нескольких местах одновременно – фигура речи, разумеется, но Макнайт способен исключительно быстро надавать оплеух и наложить взыскания нескольким студентам в крайне небольшой отрезок времени. И плевать, что один из озорников находился в учебном корпусе, второй – залез на склад, а третий был в парке. Он наблюдателен, въедлив, недоверчив – не так-то просто провести пса-ищейку, у которого нюх на всевозможные нарушения. Со стороны может показаться странной насмешливая ухмылка на физиономии начальника охраны, что появляется всякий раз, когда он накладывает на провинившегося взыскание. Даже добродушная, доброжелательная – мол, сынок, это ж для твоего блага я держу вот этот пук розог. Для твоего же бла-га. Он всегда карает по причине трепетной и глубокой любви к дициплине. 
Недостатком можно отметить некоторое отсутствие честолюбия у Макнайта – ему почти пятьдесят, а звание его лишь капитанское, и то, уже восемь лет он надзирает над выводком сопляков. Физически Грегори вполне здоров, но на столь мирной службе находится по одной-единственной причине – по причине дочери. Кроме него, у Оливии Маргарет больше никого нет на белом свете, если с ее отцом что-то случится, девушка останется без средств к существованию. Макнайты – род древний, и со славной историей, но самой яркой страницей в ней стал момент разорения. 
Насколько строг Макнайт к нарушителям правил, насколько он суров и непреклонен со студентами, настолько же он нежен и заботлив по отношению к своей дочери. Оливия регулярно получает письма, полные отцовской заботы. Ей скоро исполнится семнадцать, девица на выданье, что заставляет отца скрежетать зубами в бессильной ярости – он каждый божий день видит толпы молодых бездельников, ни один из которых даже ноготка его дочери не стоит!.. И из кого выбирать ей жениха? Нет, стоп, его девочку, его доченьку – какому-то молодому хлыщу в жены, вот из этих щенков мокроносых?!..
В целом, когда дело не касается нарушения правил Академии, либо замужества дочери, Грегори Макнайт в некотором смысле даже сносен в повседневном общении. Умеет поддержать беседу, но. По правде сказать, светская болтовня выводит его из себя примерно так же, как образ Оливии в подвенечном платье. Это солдат, служака, который действительно не знает слов любви, и не разбирается в стихах и эпиграммах. Зато он любит добрую – или недобрую иронию, хорошую шутку, и общество не занудных людей, ну, не тех что умники и снобы. И даром что род его древностью мало чьему уступит, просто годы службы малость сбили с него спесь. 
Беспощаден к проявлениям человеческих слабостей, ибо судит всех по себе-стоику, исключительно неприхотливому солдату-пехотинцу. В повседневной жизни педантичен, по-армейски аккуратен, собран и упорядочен. Дисциплина прежде всего важна собственная, и посему верхняя пуговица его мундира никогда не бывает расстегнутой, если Макнайт находится на людях. Ни-ког-да. 
Вспыльчив, но отходчив. Незлопамятен.

○ [b]Биография:[/b]
- [i]Дата рождения:[/i] 29 апреля.
- [i]Родители:[/i] отец - Квентин Шон Макнайт, мать - Кэролайн Макнайт (урожденная Донахью)
- [i]Образование:[/i] домашнее – пока Макнайт-старший не разорился, это было возможно, в дальнейшем ВИВА – пехотинец, ну и долгая служба в армии Империи.
- [i]Военные и/или социальные, политические заслуги:[/i]
Дослужился до чина капитана, в целом, особых заслуг не имеет. 
- [i]Общая информация:[/i]
Единственный отпрыск своего не слишком благонравного батюшки, Грегори Макнайт от него унаследовал высокий рост и богатырскую стать, а также кучу долгов, что погребли под собой его, и матушку, когда юноше минуло семнадцать. Отец не в шутку занемог, и отошел в мир иной, и скорее за ним последовала и мать, сраженная невзгодами и позором. Последними ее усилиями стали хлопоты по поступлению сына в Высшую имперскую военную Академию, которые чудом увенчались успехом.
Макнайт был заносчив, как большинство сверстников, а еще и болезненно горд, и с гордостью смертельно раненной. Вспыльчивость, недюжинная физическая сила – да он чудом не вылетел из Академии за драки. Даже последняя воля покойной матери нередко им забывалась, но, худо-бедно, но он окончил Академию, и был на редкость счастлив покинуть ее стены. От некогда обширных родовых владений осталось одно-единственное поместье, и возвращаться туда Макнайт не спешил. Сдав его в аренду, сам он отправился на службу в армию Империи.
Пикинер-пехотинец, которого Всевышний, судя по всему, все же хранил и миловал, прошел всю войну, неоднократно был ранен, а дважды оказывался при смерти. Во второй раз это закончилось внезапной женитьбой – ухаживавшая за раненым дочь мелкопоместного дворянина, невеста-перестарок, очень уж уговаривала Грегори. Рассудив в полуобморочном состоянии, что оно верно, негоже отходить в мир иной неженатым, он сделал ей формальное предложение., подумав уже задним числом, что, по крайней мере, приданого невесты хватит ему на мало-мальски приличные похороны.
Ан нет – выжил, и с удивлением обнаружил, что супруга еще и в положении. Последнее он с тяжелым сердцем приписал собственному горячечно-бредовому состоянию, и ведь действительно, было что-то же такое… Беда в том, что супруга его ни красотой, ни умом не блистала, да и дитя в свете таких событий тоже казалось ему нежеланным. И хвала Всевышнему, что Макнайт ошибся.
Маргарет, его жена, умерла вскоре после родов от родильной горячки. У малышки Оливии остался лишь отец, который, глядя на щекастую кроху с иссиня-черным хохолком на голове, в какой-то момент подумал, что, поистине, вся эта потешная затея с женитьбой оказалась не напрасной.
Воспитывать детей – занятие исключительно занятное, а для солдата так вообще, интереснейшее – в переносном смысле.  Оливия выросла в монастыре Высшего Поклонения, в окружении монахинь, и под их неусыпным надзором. Отец по причине военной службы далеко не всегда мог навещать ее, но, несмотря ни на что, Оливия его обожала. В череде бесконечного мрака дней войны, сквозь грохот пушек и визг картечи, нежный голосок дочери был звуком рая для Грегори. В те редкие моменты, когда он мог получить увольнительную от полка, и навестить дочь, Макнайт был поистине счастлив.
Когда война закончилась, то, при наградах будучи, и небольшом жалованье, Макнайт вернулся в то самое жалкое поместье - единственное, что осталось от некогда значительного состояния его рода. Какое-то время он приводил его в порядок, благо средства уже позволяли. Он приводил в порядок и дела, мало-помалу восстанавливая было величие своего рода. Одно его печалило - наследника имени Макнайтов у него так и не было, он по-прежнему оставался последним в роду. Перспектива женитьбы не прельщала его, даже ради состояния потенциальной невесты. В какой-то момент судьба сложилась так, что жизненный путь вновь привел его в ненавистную когда-то Академию, на должность того, с кем когда-то чуть было не схватился врукопашную, почти что насмерть – и Грегори от души посмеялся над собой, юным остолопом, и должность начальника охраны принял с легким сердцем. Такая работа гарантировала безопасность его жизни, давала средства к существованию его дочери, которую каждые каникулы в Академии Макнайр забирал в заново отстроенное, обновленное поместье.

[align=center][size=16][b]Часть III[/b][/size][/align]

○ [b]Связь:[/b]
○ [b]Откуда узнали про проект:[/b]
○ [b]Пробный пост:[/b]
Примечания

- У этого персонажа уже есть определенные отношения с некоторыми действующими лицами в академии.

0

4

Некоторые уроки проходят для преподавателей относительно легко...

Эрик поднял руку:
- Разрешите спросить, сэр. На прошлом занятии вы говорили и об экспромте в том числе. Хороший экспромт – это тот, который готовится заранее. Но ведь на все случаи экспромтов не заготовишь. Как лучше поступать тогда, подгонять имеющуюся заготовку к нужной ситуации или импровизировать на ходу?
Для самого Эрика вопрос был весьма важен. Увы, он умел поддержать беседу и высказать свои соображения, но коротко и по сути. А если верить господину де Лианкуру, речь следовало уснащать множеством замысловатых словесных финтифлюшек. А  без задержки Эрик мог выдать лишь финтифлюшки определенного сорта, не подобающие благовоспитанным мальчикам из хороших семей. Куда деваться, если  маленькому будущему барону ван Веллималь в свое время наняли дядьку из бывших солдат. Который искренне любил своего питомца, но в выражениях редко стеснялся.

0

5

-Я думал, что Вы воевали, чтобы сделать импе’гию лучше. - стоя на пороге, сжимая вспотевшей ладонью ручку двери. Увы, ее прохлады были недостаточно, чтобы успокоить бушующий в душе кадета пожар. - Если Вы в это не ве’гите, то зачем Вы тогда с’гажались? Если этот ми’г не станет д’гугим, если ничего и никогда не изменится, был ли смысл воевать? И убивать людей, кото’гые шли на Вас и кото’гые ступали за Вами? Если ничего не меняется, то какая ‘газница отчего уме’геть? - вышел в коридор, с грохотом закрыв за собой дверь. Не сдержавшись, Шерубен с силой ударил ногой по стене, вымещая на ней гнев, который не удалось полностью выпустить через слова.
Сдавленно и приглушенно зарычав, прижался горячим лицом к холодному окну в коридоре. Боль в щеке, на которой к завтру глубокая ссадина обзаведется каймой из синяка, начала постепенно стихать. А за окном стемнело, и пошел снег. Вскоре он скроет вереницу его следов, бегущих от старой церкви до дома господина вон де Сото. Жаль, что с исчезающими следами не забудутся и сказанные в запале слова.
Эррат вылетел вслед за рыжим юношей как ураган, который сметает все на своем пути. Пылающие диким огнем серые глаза приобрели темный, едва ли не черный оттенок, а на лицо лучше было вообще не смотреть. Ухватив дез Альби за плечо, Эр рывком развернул его к себе лицом и тут же схватил за шею, приподняв над полом так, словно тот ничего и не весил. Пальцы сжались на шее, не давая возможности дышать, а удар впечатал спину кадета в стену так, что дрогнули стекла в оконных рамах. Служанка, которая спускалась с лестницы, в мгновение ока очутилась наверху, испуганно пискнув, но Гера даже не обратил на нее внимания. Взгляд, который если бы мог, убил бы, был впечатан только в карие глаза Шерубена.
- Что ты, молокосос, знаешь о войне? - страшным голосом прошипел Эррат ему в лицо, - Что ты, bastardo, знаешь о ней? Думаешь, что это почетно - умереть за идею? Думаешь, что мы убивали и гибли во имя высшей цели? Во имя страны? Думаешь, что война - это красивая кавалерийская атака, в праведном гневе сметающая пехоту со своего пути, добирающаяся до генеральского холма и убивающая вражеского командира под хор ангелов?..
Эррат не кричал. Кричал он когда злился.
Он шипел и шептал, сжимая пальцы на горле юноши все сильнее. И то, что его мог услышать только Шери, говорило о крайней, очень редкой для самого Стаккато стадии бешенства, всеослепляющей ярости, которая застилала глаза кровавой пеленой.
- Мои люди шли за мной, потому что верили мне. Потому что верили тому, что я говорил. И сражались не за императора и не за эту страну. А для того, чтобы такие неблагодарные мрази, как ты, - Эр еще раз тряхнул и ударил парня об стену, акцентируя внимание на своих словах, - Смогли дышать воздухом. Чтобы смогли говорить на родном языке. Чтобы у вас было детство, чтобы потом, когда вы вырастите, вы смогли сами выбрать свой путь. Чтобы не гнулись под чужой рукой, которая не оставляет вам выбора. Мы убивали и погибали ради вас, ради детей, жен, родителей, ради тех, кого любим и кого защищаем. И не тебе, сучьему семени, женщины, которая не знает о потерях, говорить о войне! Не тебе, глупому мальчишке, у которого молоко на губах не обсохло, говорить о свободе! Потому что ты ничего не знаешь о ней!

http://s7.uploads.ru/XvNh0.jpg

Пульсирующая боль в висках, тонкими иголками прошивающая голову и спускающаяся резкой болью к кончикам пальцев, известила о том, о чем Эррат не говорил посторонним. Тихо застонав, Стаккато уронил бутылку на пол, обхватывая руками голову, и провалился в черное небытие воспоминаний, резкими и мрачными картинками возникающими перед взором обоих Видящих.

- Сколько тебе, Винсент? - Эррат-Герард вон де Сото, офицер кавалерии, уставший и раненный в плечо, сидел возле умирающего солдата, понимая, что с такими ранами не живут. За его плечом стояло почти три десятка выживших, держа измазанных кровью и посеченных осколками лошадей под уздцы. Еще шесть седел пустовало, и их хозяева больше никогда не вернуться в лагерь, чтобы греть руки у костра и с замиранием сердца думать о предстоявшей битве. Вокруг ходили люди с лошадьми, к которым были прикреплены носилки - увозили раненых, а кого не могли спасти, добивали на месте. Так милосердней. Так проще...
- Двадцать шесть, - сплюнув кровь, прохрипел солдат, и, ухватившись за руку командира, приподнялся, морщась от боли. Один из солдат вон де Сото тут же подложил под спину умирающему товарищу седло, и тот устало опустился на импровизированное ложе, - Капитан, у меня осталась девушка в Эрлхофе... Она ждет меня...
"Не дождется", - промелькнуло в головах каждого из слышащих разговор. Но все промолчали, кто-то отвернулся, кто-то начал ругаться громким шепотом.
- Как ее зовут? Она красива? - как можно более ласково проговорил Эррат, измученно улыбнувшись и глазами отдав приказ стоящему позади солдату.
У того на скулах заходили желваки, он присел и поджал губы, держа в руках небольшой молоток и длинный камень.
- У моей Анны самые красивые глаза, капитан, - на разбитых губах умирающего кавалериста появилась бледная улыбка, - Синие, как море. Море... Вы чувствуете, капитан? Я слышу прибой. Я хотел бы еще раз увидеть море...
Короткий кивок, быстрое движение и короткий удар по затылку. Солдат вздрогнул всем телом, выгнулся и обмяк. Рука, до этого державшая руку командира, бессильно упала на пропитанную кровью землю, а Эр слегка опустил голову и снял грязную перчатку, провел ладонью по лицу умершего, опуская веки.
Эррат поднялся на ноги, и дез Альби потянуло следом за ним. - "Пожалуйста, пусть это прекратится. Очнитесь". - он не хотел больше видеть смерти. Война была совсем не такой как в книгах и юношеских мечтах. В ней не было ничего ни красивого, ни героического, она была грязной, с тошнотворным запахом крови. О такой войне не пишут, не говорят, ее помнят и не могут забыть.
Выстрел, и еще одна смерть. - "Пожалуйста, пожалуйста, хватит" - кроваво-красный закат обагрил собой небо и землю, на несколько минут пряча пятна крови. Склоняющееся к горизонту солнце казалось огромной дыркой от пули, которая пробила, разорвала небо, и теперь оно кровоточило.
Эррат позволил себе обернуться только когда рядом послышались голоса солдатов, разбивающих лагерь. Конец осени выдался ясным, но холодным - прекрасный день, чтобы умереть. Закат потух, последними лучами освещая усеянное трупами и кое-где дымящееся поле боя. Сегодня они потеряли "не так уж много".
Навстречу вышел полковник фон Вайнедсберг, невысокий, полный мужчина с залысинами и крысиными глазками. Цокнул языком, оглядев потрепанных солдат, заметил, что Гера идет без своего буланого.
- Н-да, вон де Сото, не повезло тебе сегодня. Скольких потерял? - будничным тоном поинтересовался он.
- Четверых.
- Что, всего четверых из тридцати? - удивленно вскинул брови начальник, - Да у тебя талант, парень! Зайди-ка к моему помощнику, пусть он тебе коня выдаст за заслугу. Всего четверых, надо же!
Четыре человек - это много или мало? Их учат тому, что следует жертвовать меньшим, чтобы спасти большинство, что потери, хотя бы незначительные, неминуемы. Пешки часто гибнут еще до того, как ставится мат. Это логика войны, такова тактика ведения боя, которой следует придерживаться, если хочешь победить. И все же, глядя на трупы, Шерубен понимал, как много, как, чертовски, много - четыре человека.
Ярость и бешенство Герарда, вызванные словами полковника, коснулись и его, захлестнув на пару мгновений. На смену им пришла безысходность, от которой хотелось выть и разрывать собственную грудь.

http://s7.uploads.ru/2G1XL.jpg

Стаккато поднял голову и посмотрел на дез Альби влажно блестящими серыми глазами. Видение закончилось, а чужое присутствие в своих воспоминаниях он чувствовал четко. Он не стал докапываться до причины, до того, как Шерубену удалось видеть и чувствовать все то же, что и ему самому. Какая разница, черт побери?
- Красиво, дез Альби? - прохрипел мужчина, - Нравится твоя пресловутая свобода? Идея, за которую почетно умереть?
Шерубен отрицательно и быстро замотал головой, не в силах выдавить из себя и слова в ответ.  Перед его внутренним взглядом еще долго стоили картины из видения, а по щекам, под прижатыми к лицу ладонями бежали слезы. Притянув согнутые в коленях ноги к груди и ткнувшись в них лбом, Шерубен беззвучно рыдал, трясясь всем телом. Он не мог избавиться от мертвых лиц перед своими закрытыми глазами. Видение закончилось, но запах крови, пороха, мокрой земли никуда не делся. Шери чувствовал его, а в голове снова и снова раздавался омерзительный дуэт из хруста костей и громового выстрела.

0


Вы здесь » Логово Дьявола » Партнерство » Высшая имперская военная академия